Наталия Соколовская: Писатели просят писателей следовать букве. Устава

Опубликована в Новой газете Санкт-Петербург.

28 декабря 2016 года исполком Русского ПЕН-центра с нарушением Устава исключил из организации политического обозревателя, одного из основателей Вольного сетевого сообщества «Диссернет» Сергея Пархоменко. В результате чего выход из Русского ПЕН-центра писателей, журналистов, переводчиков и издателей принял лавинообразный характер (список в конце публикации).


Из Хартии Международного ПЕН-клуба:

«ПЕН отстаивает принципы беспрепятственного обмена информацией внутри каждой страны и между всеми народами, его члены обязуются выступать против любого подавления свободы слова в той стране и в том сообществе, к которому они принадлежат, равно как и во всем мире, где это представляется возможным. ПЕН решительно выступает за свободу печати и против произвольного применения цензуры в мирное время. ПЕН считает, что необходимое продвижение человечества к более высоким формам политической и экономической организации требует свободной критики правительств, органов управления и политических институтов. И поскольку свобода подразумевает сознательное ограничение, члены ПЕНа обязуются бороться с такими пагубными проявлениями свободной прессы, как лживые публикации, преднамеренная фальсификация и искажение фактов в политических и личных целях».


Следуя некому неписаному закону, Петербург (Ленинград) очередной раз оказывается в противостоянии с центром. Традиция эта в новейшей истории ведется с двадцатых годов прошлого века и, похоже, не нам ее отменять. Санкт-Петербургский ПЕН-клуб – самостоятельная организация с собственным уставом, а главное – с желанием следовать Хартии Международного ПЕНа.


Из заявления исполкома Санкт-Петербургского ПЕН-клуба:

«21 декабря 2016 г. Исполком Санкт-Петербургского ПЕН-клуба, обсудив итоги общего собрания от 15.12.2016, проходившего при отсутствии кворума и с нарушением действующего Устава, заявил о прекращении всяческих отношений с ныне действующим Исполкомом Русского ПЕН-центра как неправомочным (нелегитимным) органом. Одновременно мы потребовали безотлагательно провести в Москве внеочередное собрание Русского ПЕН-центра в соответствии с его Уставом и принятыми в РФ правовыми нормами. Ответ до настоящего времени не получен. <…>

Налицо крах и полная деградация правозащитной писательской организации. Вся послевоенная история международного ПЕНовского движения не знает расколов такой интенсивности и остроты; ни в одном из национальных ПЕН-центров никогда не случалось ничего подобного».


Написано и сказано за последнее время много. И сама история раскола Русского ПЕН-центра еще не закончена. Закончится она, по всей видимости, только тогда, когда будет создана действительно работоспособная и независимая организация.

Сейчас же в адрес «раскольников» со стороны исполкома ПЕНа раздаются обвинения и в желании узурпировать власть (оно и понятно, ничего более ценного на Руси никогда не водилось), и в желании чуть ли не устроить местный «майдан» (обвинители волшебным образом воспроизводят газетную риторику времен Большого Террора и брежневского застоя: создавать из ничего «врагов народа» – это тоже наша местная забава).

Чтобы помочь читателям немного разобраться в ситуации (читателям в прямом смысле, потому что речь идет о прозаиках, поэтах, издателях, журналистах), здесь собраны фрагменты из заявлений о выходе из ПЕН-центра и цитаты из открытых публикаций в ФБ людей, многих из которых можно без особой натяжки назвать современными властителями умов.

В Приложении даны образцы нового/старого сладостного советского писательского стиля, выбранного руководством Русского ПЕН-центра для общения с коллегами и прессой.

Акунин/Чхартишвили

Задача всей деятельности Российского ПЦ только в том, чтобы не рассердить начальство.
Я сторонник либерализма и демократии, но не имею ничего общего с ЛДПР.
Точно так же я разделяю взгляды ПЕН-движения, но прошу впредь никак не ассоциировать меня с Российским ПЦ. Я в нем больше не состою.

Светлана Алексиевич

Я хочу сказать, что моим комментарием к исключению Пархоменко может быть только мое заявление о выходе из Русского ПЕНа, идеалы основателей которого трусливо попраны. В годы перестройки мы гордились нашим ПЕНом, а сейчас стыдно. Так подобострастно и униженно русские писатели вели себя только в сталинское время.

Лев Рубинштейн

…раскол, к сожалению, произошел. И он очевиден. И не столько этот раскол прошел по поверхности идейных или политических убеждений — которые у всех могут быть разными, и это нормально, — сколько обнажил вполне сущностную стилистическую несовместимость. Эти самые «стилистические расхождения», которые однажды, хотя и по несколько другому поводу, были блестяще сформулированы Андреем Синявским, на другом историческом витке и в других социально-культурных обстоятельствах обозначили — по крайней мере, для меня — неуместность и мучительную двусмысленность самой моей принадлежности к организации, руководство которой изъясняется — в том числе и от моего имени — на таком языке.<…> Раскол произошел. И, к сожалению, он будет углубляться. И будет он углубляться не столько в силу очевидных идейных и нравственных расхождений, и принципиального различия взглядов на нынешнее общественное состояние страны и мира, на границы компромисса, на те границы, перейдя которые, правозащитная организация становится откровенно сервильной, на саму роль писателя и художника в обществе. Это само собой, но не это главное. Обо всем этом можно спорить, говорить и договариваться. Но только при условии, что разговор происходит на общем языке. А его нет.

Андрей Макаревич

Прочитал письмо о выходе Льва Рубинштейна из ПЕН-клуба. С большим сожалением подписываюсь под каждым его словом. И следую за ним.

Владимир Сорокин

Сегодня я решил выйти из российского ПЕН-центра, так как наш ПЕН окончательно сгнил. Теперь в нем царствуют жуки-короеды и мокрицы, а внутри – труха.

Ольга Дробот – Евгению Попову

Репрессивно устроенная организация не может бороться ни за чьи права. Когда я вступала в Русский ПЕН-Центр, мне и в голову не могло прийти, что именно в ПЕНе я столкнусь с дремуче антидемократической системой выборов, с полным презрением к мнению меньшинства, с жестокой и неумолимой цензурой, и совершенно недопустимой манерой, в которой вы и члены исполкома позволяете себе писать заявления и комментировать в прессе и на своих страницах в фейсбуке. <…> Единственным выходом из положения была бы добровольная отставка президента и исполкома, созыв внеочередного собрания и возвращение к демократическим и просто уважительным нормам внутри Русского ПЕНа. Поскольку никакой надежды на это у меня нет, я заявляю о своем выходе из Русского ПЕН-Центра.

Леонид Бахнов

Полагая для себя невозможным оставаться в организации, руководство которой позволяет себе манипуляции с Уставом и выборным процессом, а правозащитной деятельности предпочитает санкции против коллег, прошу не считать меня более членом Русского ПЕН-центра.

Ольга Седакова

Члены любого союза или общества могут иметь разные взгляды, культурные, политические, этические. Тем более это справедливо по отношению к писателям и людям умственного труда. Но есть тема, которая не обсуждается: а именно, смысл и назначение добровольного союза, в который человек вступает. Допустим, в природоохранное общество незачем вступать тому, кто считает, что природу охранять не стоит (или стоит, но не всегда), и что те, кто полагают, что природу нужно охранять в любых обстоятельствах, – «деструктивные силы» и «провокаторы». А именно таково мнение нынешнего руководства и большинства членов ПЕН’а: выступать или не выступать в защиту свободы слова и людей, пострадавших за эту свободу, зависит от обстоятельств. Точнее, от одного обстоятельства: приведет ли это к конфликту с властью. С идеей и практикой международного ПЕН’a это никак не соотносится.
При этом необходимость правозащитной организации такого рода в современной России очевидна. Сила заявлений ПЕН’a – в том, что это общее, согласованное выступление людей, обладающих общественным авторитетом. В рамках нынешнего ПЕН’a такие заявления уже невозможны.

Ольга Варшавер

Больше не считаю для себя возможным быть членом организации, руководство которой: 1) в своих решениях по отношению к рядовым членам организации действует в худших традициях советских времен, уподобляясь авторам постановлений о Зощенко, Ахматовой и Пастернаке; 2) пренебрегает своей правозащитной миссией, хотя входит в состав Международного ПЭН-клуба; 3) препятствует правозащитным усилиям членов организации, не позволяя им подписывать петиции и иные документы в качестве “членов Русского-ПЕНа”, а под “брендом” Русского Пен-центра публикует тексты, которые рядовые члены подписать не готовы; 4) в стилистике — и текстов, и ведения собраний — переходит допустимые для меня лично этические и эстетические границы.

Борис Соколов

После позорного решения об исключении Сергея Пархоменко и Григория Петухова он превратился в жалкую пародию на Союз советских писателей и напрочь забыл о правозащитной основе своей деятельности.<…> Подобное скатывание ПЕНа к имитации правозащитной деятельности произошло благодаря создавшемуся в нем молчаливому большинству. Оно сформировалось за счет принятых в ПЕН в последние годы писателей, которые на собрания не ходят, а по почте голосуют так, как скажут президент и Исполком. Что ж, власть подмяла под себя еще одну независимую прежде общественную организацию.<…> А самым трагичным для меня и других писателей, которые в эти дни вышли или собираются выйти из ПЕНа, является невозможность дальше направлять властям коллективные письма в защиту тех, кто преследуется за свои убеждения.

Олег Хлебников

Я все ждал от вас некоторого просветления, что ли. Ну, нельзя так по-большевистски действовать. Подвергать общественному осуждению и не пущать. Втемную избирать органы своей “власти”. Подменять высокие провозглашенные цели совсем другими – элементарными: среди которых сохранение этой самой “власти” главная. Ну что вы кроме халявных зарубежных поездок сейчас получите? Впрочем, я, может быть, чего-то не знаю?<…> А как там у русского ПЕНа дела с правозащитными функциями? Что-то не слышно и не видно. Зато отчетливо просматривается полная лояльность существующему режиму, вряд ли самому мягкому, пушистому и демократичному.

К тому же, читая ваши петиции, ловлю себя на том, что мне хватило этой убогой стилистики и риторики еще в советские годы. Надоело! Лелейте свой конформизм и дальше – авось что-то перепадет от государственного пирога.

Мария Ватутина

Просто вышла. Не по идеологическим соображениям. По физиологическим 🙂 эээ… эстетическим. И за ненадобностью, в основном.

Виктор Ярошенко

…с глубоким прискорбием сообщаю, что я выхожу из членов русского PEN-центра из-за недальновидной, глупой и агрессивной политики группы людей, оказавшихся в его руководстве и раздувшей искры несогласия в пожар вражды.
Сейчас я уже не вижу никаких возможностей для консенсуса, которого многие из нас пытались добиться в последние два года.

Григорий Пасько

Я давал рекомендации Пархоменко, а его изгнали. Ушли и те, кто мне по духу близки — Акунин, Шендерович, Рубинштейн. Это уже не мой ПЕН-центр с его полициями, идеологией, невнятностями.

Нина Катерли

В Уставе Русского ПЕН-центра записано: “ПЕН-клуб выступает в защиту принципов свободы информации внутри каждой страны и между всеми странами, его члены обязуются выступать против подавления свободы слова в любой ее форме”. Когда я в свое время вступала в Русский ПЕН-центр, я вступала в правозащитную писательскую организацию, а не в союз советских писателей, в который он сейчас превратился.

Алексей Моторов

Сегодня я вышел из Русского ПЕНа. Поначалу у меня были некоторые иллюзии, скорее даже инфантильные представления, но за эти три года от них не осталось и следа. Эта организация уже давно не следует заявленным целям, Хартии ПЕНа и даже собственному уставу. Но все же опыт этот оказался во многом интересным, например, я в который раз убедился, что заповедь “Не сотвори себе кумира” чрезвычайно актуальна, но, к сожалению, ей мало кто следует. С другой стороны, наблюдать как ведут себя писатели, многих из которых я считал порядочными людьми, наверное лучше не стоит. Во всяком случае, “Пушкинский дом” больше открывать нет желания, как и слушать про атлантов, что держат небо.

Варвара Горностаева

Сегодня и я вышла из Русского ПЕН-центра, который медленно и верно превращался, и превратился-таки в образцовый Совпис, трусливый и сервильный. Меня в 2013 году позвала туда тогдашний вице-президент ПЕНа Людмила Улицкая, и у нас, новых его членов “призыва Улицкой”, была надежда и даже уверенность, что Русский ПЕН-центр, как и многочисленные ПЕН-центры по всему миру, сможет выполнять свою первостепенную и единственную задачу – заниматься защитой свободы слова и печати, защищать тех, на кого обрушивается государство в бесконечных поисках внутреннего и внешнего врага. ПЕН-центр проснулся, страшно удивился, возмутился и поступил в точности так, как государство: нашел внутренних врагов и объявил им войну, без правил и вопреки собственному уставу. Войну игрушечную и постыдную, но уж какую сумел. Я надеюсь, что мы продолжим свои занятия, так или иначе.

Евгений Сидоров

Как первый секретарь Союза писателей Москвы я готов был работать в Исполкоме русского ПЕН-центра, надеясь на тесное и плодотворное сотрудничество нашего Союза с известной правозащитной организацией. К сожалению, последние решения Исполкома, принятые без моего участия, вынуждают меня покинуть этот руководящий орган ПЕН-центра.

Евгений Бунимович

Все годы в ПЕНе я видел смысл своей деятельности в объединении писателей, которые, несмотря на различие мнений, представлений и пристрастий, готовы вместе защищать принципы свободы слова, защищать писателей и поэтов, журналистов и издателей, подвергающимся преследованиям за свои тексты, слова, мысли. Некоторое время мне казалось, что это возможно и достижимо, однако последние события свидетельствуют об обратном.

Список членов русского ПЕН-Центра, вышедших из его состава в течение 2015-2017 гг.

Борис Акунин
Светлана Алексиевич
Дмитрий Бавильский
Нуне Барсегян
Леонид Бахнов
Михаил Берг
Татьяна Бонч-Осмоловская
Ольга Варшавер
Мария Ватутина
Владимир Войнович
Сергей Гандлевский
Александр Гельман
Катерина Гордеева
Кристина Горелик
Варвара Горностаева
Юлий Гуголев
Виталий Диксон
Денис Драгунский
Ольга Дробот
Виктор Есипов
Наталья Иванова
Александр Иличевский
Игорь Иртеньев
Геннадий Калашников
Нина Катерли
Тимур Кибиров
Сергей Костырко
Майя Кучерская
Наталья Мавлевич
Андрей Макаревич
Владимир Мирзоев
Алексей Моторов
Павел Нерлер
Марина Палей
Григорий Пасько
Григорий Ревзин
Лев Рубинштейн
Мария Рыбакова
Зоя Светова
Ольга Седакова
Борис Соколов
Владимир Сорокин
Владимир Сотников
Татьяна Сотникова (Анна Берсенева)
Любовь Сумм
Ирина Сурат
Лев Тимофеев
Ольга Тимофеева
Людмила Улицкая
Эдуард Успенский
Борис Херсонский
Олег Хлебников
Алла Шевелкина
Виктор Шендерович
Виктор Ярошенко
Ирина Ясина

Приложение


Из интервью вице-президента Русского ПЕН-центра Бориса Евсеева:

«У нас сейчас совершается попытка раскола Русского ПЕН-центра. Или, на худой конец, попытка захвата власти в нашей общественной писательской организации. Расколоть нас хотят несколько человек, недовольных тем, что три года назад мы не стали поддерживать возникновение «майдана» в Москве…

… Проживая сейчас в США, Пархоменко и оттуда пытается дирижировать нашим отечественным «Хором имени Хиллари Клинтон», требующим извинений перед всеми и вся то за «оккупацию Россией Донбасса», то за воссоединение Крыма с Россией…

…И сегодня Русский ПЕН ни под чью дудку плясать не будет! На поклон к украинским радикалам – как это сделали в 2014 году те, кто сейчас выходит из нашей организации или борется с нами, мы не пойдём. Но и нашим «родным» чиновникам пятки лизать не собираемся.»



Фрагменты из Приложения к протоколу общего собрания Русского ПЕН-центра:

«Кажется, что блогер Сергей Пархоменко, воспитанный комсомолом и имеющий в правозащитных кругах репутацию «провокатора с Болотной площади», вступил в нашу писательскую организацию лишь для того, чтобы разрушить ее изнутри, превратив, вопреки Хартии и Уставу, в оппозиционную политическую партию. За два года пребывания в Русском ПЕН-центре он, несмотря на неоднократные предупреждения, постоянно нарушал и нарушает п. 4.12 Устава Русского ПЕН-центра, поставляя средствам массовой информации лживые, тенденциозные сведения, порочащие нашу организацию, используя ее бренд для личных целей. Сейчас он живет в Америке, но и оттуда продолжает лгать по радио, опираясь на сфальсифицированные «документы». Распространяет в интернете клеветнические сведения о нашем Почетном президенте, всемирно известном Андрее Битове, используя хамскую лексику советского барина, раздает указания дирекции Русского ПЕН-центра. <…>

Наше терпение кончилось. Мягкость, как видно, наказуема. Он не прекращает своей враждебной Русскому ПЕН-центру деятельности, плюет на мнение большинства его членов, распространяет по радио (29.12.2016) и по Интернету самый нелепый вздор о деятельности ПЕН-центра… <…> наша позиция, следование заветам Джона Голсуорси, Анатолия Рыбакова и принципам Андрея Битова не устраивает подобных политиканов…»

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s