Американский ПЕН-центр выразил озабоченность в связи с развитием событий в Русском ПЕН-центре

По сообщению Colta.ru, Американский ПЕН-центр выступил с заявлением в связи с ситуацией в Русском ПЕН-центре.

pen-america

© PEN America

Американский ПЕН-центр в Нью-Йорке (PEN America) опубликовал на своем сайте заявление, в котором поддержал российских писателей в конфликте с Русским ПЕН-центром.

«Американский ПЕН-центр выражает солидарность с российскими писателями, разделяющими наши идеалы и идеалы Хартии ПЕН-клуба в части защиты свободы самовыражения и других прав человека, и с беспокойством смотрит на последние события, которые привели к тому, что Русский ПЕН-центр в знак протеста покинули известные литераторы», — говорится в заявлении на сайте PEN America.

В заявлении приводятся слова исполнительного директора Американского ПЕН-центра Сьюзан Носсел: «Сейчас более, чем когда-либо писатели из Америки и России должны объединить свои усилия в деле защиты свободы самовыражения и разнообразия мнений».

«Мы высоко оцениваем усилия смелых российских писателей, стремящихся защитить открытую дискуссию и выражение несогласия — символы здорового гражданского общества», — говорит Сюзан Носсел.

Если бы они отступили от этих идеалов, считает она, это «исказило бы цели и задачи организации, призванной говорить от имени писателей, подорвало бы доверие к ней».

После того, как исполком Русского ПЕН-центра исключил из организации Сергея Пархоменко и наложил взыскания на членов ПЕН-центра Марину Вишневецкую и Григория Петухова, о выходе из Русского ПЕН-центра объявили Лев Рубинштейн, Борис Акунин (Григорий Чхартишвили) и Александр Иличевский.

Также среди тех, кто покинул Русский ПЕН-центр, Ольга Седакова, Светлана Алексиевич, Тимур Кибиров, Эдуард Успенский, Владимир Сорокин, Юлий Гуголев, Варвара Горностаева, Алексей Моторов, Борис Соколов, Ольга Дробот, Андрей Макаревич, Леонид Бахнов, Виталий Диксон, Ольга Варшавер, Павел Нерлер, Григорий Пасько, Нина Катерли, Татьяна Бонч-Осмоловская, Геннадий Калашников, Олег Хлебников, Анна Берсенева, Владимир Сотников и Михаил Берг.

Десятки членов Русского ПЕН-центра выступили с заявлением, в котором назвали решения исполкома постыдными и призвали «безотлагательно провести в Москве внеочередное собрание Русского ПЕН-центра в соответствии с его официально зарегистрированным Уставом».

Вышедшие из Русского ПЕН Центра

На последние три дня Русский ПЕН-центр покинули: Лев Рубинштейн, Александр Иличевский, Борис Акунин, Светлана Алексиевич, Ольга Седакова, Тимур Кибиров, Эдуард Успенский, Варвара Горностаева, Алексей Моторов, Нина Катерли, Татьяна Бонч-Осмоловская, Юлий Гуголев, Катерина Гордеева, Павел Нерлер, Геннадий Калашников, Григорий Пасько, Ольга Варшавер, Мария Ватутина, Ольга Дробот, Михаил Берг, Наталья Иванова, Александр Гельман, Виталий Диксон, Виктор Есипов, Андрей Макаревич, Владимир Сорокин, Леонид Бахнов, Мария Рыбакова, Кристина Горелик, Майя Кучерская.

Евгений Сидоров и Евгений Бунимович вышли из состава исполкома.

Ранее из-за несогласия с политикой руководства ушли Сергей Костырко, Игорь Иртеньев, Лев Тимофеев, Людмила Улицкая, Наталья Мавлевич, Владимир Мирзоев, Любовь Сумм, Ирина Ясина, Ольга Тимофеева, Зоя Светова, Ирина Сурат, Борис Херсонский, Нуне Барсегян, Григорий Ревзин, Виктор Шендерович, Владимир Войнович, Сергей Гандлевский, Дмитрий Бавильский.

О прекращении всяческих отношений с ныне действующим Исполкомом Русского ПЕН-центра как неправомочным (нелегитимным) органом объявил Санкт-петербургский ПЕН Клуб.

Заявления членов Русского ПЕН центра о выходе из организации

Николай Подосокорский

%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%be%d1%81%d0%be%d0%ba%d0%be%d1%80%d1%81%d0%ba%d0%b8%d0%b9

 

Владимир Мощенко

В исполком Московского
ПЕН-центра

Прежде чем стать членом нашей организации, я имел долгие беседы о ней с моими друзьями – Александром Ткаченко и Аркадием Аркановым. ПЕН стал для меня чем-то родным и близким. Я и подумать не мог, что наступит срок, когда исполком Московского ПЕНа столь демонстративно предаст забвению Хартию Международного ПЕН-клуба. Увы, но, придя в себя после болезни, я вынужден с горчайшим чувством заявить о выходе из Российского ПЕН-центра.
Владимир Мощенко

 

Алиса Ганиева

%d0%b0%d0%bb%d0%b8%d1%81%d0%b0%d0%b3%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%b5%d0%b2%d0%b0

 

 

Александр Архангельский

arkhang

 

 

Денис Драгунский

В Исполком Русского ПЕН-центра
от Драгунского Дениса Викторовича (членский билет №504)

Дорогие коллеги,
настоящим объявляю, что выхожу из состава Русского ПЕН-центра, так как не согласен с действиями Исполкома, а также с большинством коллег, которые с его действиями согласны.

С дружеским сожалением и надеждой, что деятельность Русского ПЕН-центра рано или поздно вернется в рамки Устава и ценностей Хартии Международного ПЕН-клуба,
Искренне ваш,

Д. В. Драгунский
16 января 2017 года, Москва

 

 

Виктор Ярошенко

В дирекцию
Русского PEN-центра
PEN International
World Association of Writers

Заявление

Я, Ярошенко Виктор Афанасьевич ,
член Pусского PEN-центра с февраля 1999г. (членский билет № 435),
с глубоким прискорбием сообщаю , что я выхожу из членов русского PEN-центра из-за недальновидной, глупой и агрессивной политики группы людей, оказавшихся в его руководстве и раздувшей искры несогласия в пожар вражды .
Сейчас я уже не вижу никаких возможностей для консенсуса, которого многие из нас пытались добиться в последние два года.

Виктор Ярошенко
12 января 2017 г.
г.Москва

Алла Шевелкина

В Исполком русского ПЕН-центра

Прошу исключить меня из состава членов русского Пен-центра. Невозможно находиться в организации, которая нарушает свой собственный устав, изгоняет из своих рядов в наказание активных членов и ставит “на вид” другим.
Меня пригласила вступить в ПЕН замечательная писательница Людмила Улицкая. Тогда мне казалось, что Пен-центр – это правозащитная организация, которая , используя свой международный авторитет , борется за права человека, за освобождение , например, таких людей, как Надежда Савченко или Олег Сенцов. А вместо этого российский ПЕН погряз в ссорах и склоках.
Последнее событие – исключение Сергея Пархоменко, делает мое пребывание с составе этой организации невозможным.

Алла Шевелкина, журналист

Борис Соколов

Опубликовано в Grani.ru

Сумерки Русского ПЕНа

Я написал заявление о выходе из Русского ПЕН-центра. После позорного решения об исключении Сергея Пархоменко и Григория Петухова он превратился в жалкую пародию на Союз советских писателей и напрочь забыл о правозащитной основе своей деятельности. Новый президент ПЕНа Евгений Попов давно уже растерял память о своей диссидентской юности и превратился в “разрешенного”; правозащитника, готового защищать гонимых и преследуемых хоть в Казахстане, хоть в Узбекистане, только не в своей стране, чтобы с властями не ссориться. Это точно так же, как Евгений Евтушенко в советское время боролся за свободу патриотов Чили или Анджелы Дэвис.

Подобное скатывание ПЕНа к имитации правозащитной деятельности произошло благодаря создавшемуся в нем молчаливому большинству. Оно сформировалось за счет принятых в ПЕН в последние годы писателей, которые на собрания не ходят, а по почте голосуют так, как скажут президент и Исполком. Что ж, власть подмяла под себя еще одну независимую прежде общественную организацию.

Особенно печально для меня то, что среди проголосовавших за позорное решение об исключении оказался Александр Городницкий. Раньше я его глубоко уважал, теперь не уважаю.

А самым трагичным для меня и других писателей, которые в эти дни вышли или собираются выйти из ПЕНа, является невозможность дальше направлять властям коллективные письма в защиту тех, кто преследуется за свои убеждения. Раньше мы это делали в рамках сложившейся в ПЕНе группы “Частное мнение”. Поэтому я предлагаю всем, кто вышел из ПЕНа по идейным соображениям, создать какое-то новое объединение, чтобы мы могли продолжать ту деятельность, от которой отказалось нынешнее руководство Русского ПЕН-центра.

Виктор Есипов

Самопровоглашенному исполкому Русского ПЕН-центра
Не считаю возможным оставаться в организации, где отсутствуют демократические начала, и фальсифицируется собственный устав.

Член СП Москвы,
Снс ИМЛИ РАН им. Горького
Виктор Есипов

Анна Берсенева (Татьяна Сотникова)

%d0%b1%d0%b5%d1%80%d1%81%d0%b5%d0%bd%d0%b5%d0%b2%d0%b02

Владимир Сотников

%d0%b1%d0%b5%d1%80%d1%81%d0%b5%d0%bd%d0%b5%d0%b2%d0%b01

Майя Кучерская

%d0%bc%d0%b0%d0%b9%d1%8f%d0%ba%d1%83%d1%87%d0%b5%d1%80%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f

Алексей Моторов

%d0%b0%d0%bb%d0%b5%d0%ba%d1%81%d0%b5%d0%b9%d0%bc%d0%be%d1%82%d0%be%d1%80%d0%be%d0%b2

Михаил Берг

%d0%bc%d0%b8%d1%85%d0%b0%d0%b8%d0%bb%d0%b1%d0%b5%d1%80%d0%b3

Ольга Дробот

ЗАЯВЛЕНИЕ
Я вступила в Русский ПЕН-Центр в 2014 году, воодушевленная его антивоенными заявлениями. В полном соответствии с Хартией ПЕНа Людмила Улицкая, Лев Тимофеев, Алексей Симонов и другие члены ПЕНа отважно боролись против лживых и сфальсифицированных публикаций, против превращения слово в политическое оружие.
Целью моего вступления в ПЕН была борьба за свободу слова и выражения своего мнения. Я литературный переводчик, это незаметная профессия, поэтому вес моего публичного слова не сопоставим с весомостью слова, например, нобелевского лауреата Светланы Алексиевич. ПЕН как раз и придуман как такой зонтик – он поддерживает правозащитную деятельность литераторов и уберегает их от преследований авторитетом Всемирного ПЕНа. Поэтому я вступала в ПЕН, как вы прозорливо заметили, чтобы использовать бренд PEN по прямому назначению. Письма в защиту Олега Сенцова, Надежды Савченко, «Мемориала», Украинской библиотеки, которые я подписывала как «член Русского ПЕН-Центра», стоили того. Но своими последними действиями – манипуляциями с уставом и выборами, постыдным преследованием инакомыслящих, нежеланием твердо требовать освобождения Олега Сенцова – исполком РПЦ фактически опозорил название PEN.
Это особенно печально, потому что в сегодняшней ситуация со свободой слова и выражения своего мнения авторитет Всемирного ПЕНа как никогда нужен для активной правозащиты. Вместо этого исполком РПЦ озабочен получением президентского гранта на издание «Обжигающего пламени» (вот уж политическая деятельность в чистом виде).
Я с огромным уважением отношусь к своим единомышленникам, остающимся в ПЕН-Центре, но не разделяю надежду Алины Витухновской, что Русский ПЕН-Центр вернется к своему предназначению. Репрессивно устроенная организация не может бороться ни за чьи права. Когда я вступала в Русский ПЕН-Центр, мне и в голову не могло прийти, что именно в ПЕНе я столкнусь с дремуче антидемократической системой выборов, с полным презрением к мнению меньшинства, с жестокой и неумолимой цензурой и совершенно недопустимой манерой, в которой вы и члены исполкома позволяете себе писать заявления и комментировать в прессе и на своих страницах в фейсбуке. Когда мы год назад состояли с вами в публичной переписке, я говорила, что раскол Русского ПЕНа представляется мне наихудшим сценарием. Сегодня это факт. Единственным выходом из положения была бы добровольная отставка президента и исполкома, созыв внеочередного собрания и возвращение к демократическим и просто уважительным нормам внутри Русского ПЕНа. Поскольку никакой надежды на это у меня нет, я заявляю о своем выходе из Русского ПЕН-Центра с 13 января 2017 года. Я по-прежнему разделяю заявленные в Хартии цели Всемирного ПЕНа и буду бороться за них по мере сил.
Ольга Дмитриевна Дробот, 12.01.2017

Андрей Макаревич
написал на своей странице в фейсбуке

Прочитал письмо о выходе Льва Рубинштейна из ПЕН-клуба. С большим сожалением подписываюсь под каждым его словом. И следую за ним.

Варвара Горностаева

varyagornostaeva

varyagornostaeva2

Владимир Сорокин

Владимир Сорокин: Сегодня я решил выйти из российского ПЕН-центра, так как наш ПЕН окончательно сгнил. Теперь в нем царствуют жуки-короеды и мокрицы, а внутри – труха.

Леонид Бахнов

В Исполком Русского ПЕН-центра

Полагая для себя невозможным оставаться в организации, руководство которой позволяет себе манипуляции с Уставом и выборным процессом, а правозащитной деятельности предпочитает санкции против коллег, прошу не считать меня более членом Русского ПЕН-центра.
Леонид БАХНОВ,
членский билет № 514
12 января 2017 г.

Виталий Диксон

vitalydikson

Ольга Варшавер

olgavarshaver

Павел Нерлер
Адресат – Екатерина Турчанинова, заместитель директора Русского ПЕНа

Катя, я как рядовой член ПЕН-Центра устал терпеть весь этот позор. Самое отвратительное – это стилистика, с которой ведется эта “дискуссия” – с обеих сторон.
Кроме того я не доволен тем, что довольно принципиальное мое предложение ПЕНу – перейти от тактики “прокукарекать” (то есть писания заявлений, принципиально безадресных и не рассчитанных на ответную реакцию и потому бессмысленных) к тактике “побороться” (то есть вступаться за гонимых не вербально, не сотрясая воздух, а юридически и системно, подавая иски и доводя их до судебных решений, какими бы они ни были). По-моему, для правозащитного профсоюза, – а ничем иным ПЕН не является, – это центральный вопрос, и меня покоробило то, как его положили под сукно.

В общем, это – заявление о выходе из ПЕНа, прошу сегодня же подтвердить его получение, зарегистрировать и опубликовать на сайте.
С горьким чувством, Павел Нерлер
11 января 2016 года.

Григорий Пасько

“Журналист Григорий Пасько написал заявление о выходе из Русского ПЕН-центра. Об этом он рассказал Открытой России.

«Я давал рекомендации Пархоменко, а его изгнали. Ушли и те, кто мне по духу близки — Акунин, Шендерович, Рубинштейн. Это уже не мой ПЕН-центр с его полициями, идеологией, невнятностями», — рассказал Пасько”.

Ольга Седакова
сообщила о выходе из Русского ПЕН-центра на своей странице в Фейсбуке

Я выхожу из ПЕН’а.

Заявление.
Я приняла решение выйти из русского ПЕН-центра.
Как и для Льва Рубинштейна, это решение для меня печально. Оно означает, что у меня не осталось надежды на то, что наш ПЕН в его настоящем состоянии может быть независимой правозащитной организацией литераторов, то есть выполнять свое прямое назначение. Я думаю, что в те годы, когда его генеральным директором был А.П.Ткаченко (1994 – 2007), русский ПЕН эту задачу выполнял.
Члены любого союза или общества могут иметь разные взгляды, культурные, политические, этические. Тем более это справедливо по отношению к писателям и людям умственного труда. Но есть тема, которая не обсуждается: а именно, смысл и назначение добровольного союза, в который человек вступает. Допустим, в природоохранное общество незачем вступать тому, кто считает, что природу охранять не стоит (или стоит, но не всегда), и что те, кто полагают, что природу нужно охранять в любых обстоятельствах, – «деструктивные силы» и «провокаторы». А именно таково мнение нынешнего руководства и большинства членов ПЕН’а: выступать или не выступать в защиту свободы слова и людей, пострадавших за эту свободу, зависит от обстоятельств. Точнее, от одного обстоятельства: приведет ли это к конфликту с властью. С идеей и практикой международного ПЕН’a это никак не соотносится.
При этом необходимость правозащитной организации такого рода в современной России очевидна. Сила заявлений ПЕН’a – в том, что это общее, согласованное выступление людей, обладающих общественным авторитетом. В рамках нынешнего ПЕН’a такие заявления уже невозможны.
Ольга Седакова

Светлана Алексиевич

на нашу просьбу прокомментировать ситуацию с исключением из Русского ПЕН-центра Сергея Пархоменко написала в ответ:

Я хочу сказать,что моим комментарием к исключению Пархоменко может быть только мое заявление о выходе
из Русского ПЭНа, идеалы основателей которого трусливо попраны. В годы перестройки мы гордились нашим ПЭНом, а сейчас стыдно.Так подобострастно и униженно русские писатели вели себя только в сталинское время.
Но Путин уйдет, а эта позорная страничка в истории ПЭНа останется. И имена тоже.
Сегодня такое время, что мы не можем победить зло, мы бессильны перед “красным человеком”, но остановить время он не может. Я верю в это.
Светлана Алексиевич

Акунин / Чхартишвили

В современной России многие вещи – не то, чем они себя называют.
Дума не думает, парламентская оппозиция не оппонирует правительству, Либерально-демократическая партия ненавидит либералов с демократами, и так далее, и так далее.
То же и с Российским ПЕН-центром. Среди основных задач мирового ПЕН-движения значится «бороться за свободу выражения и быть мощным голосом в защиту писателей, которые за свои взгляды подвергаются преследованиям, тюремному заключению и угрозе жизни».
Российский ПЕН-центр этим не занимается, а значит, никакого отношения к ПЕН-движению не имеет. Задача всей деятельности Российского ПЦ только в том, чтобы не рассердить начальство.
Я сторонник либерализма и демократии, но не имею ничего общего с ЛДПР.
Точно так же я разделяю взгляды ПЕН-движения, но прошу впредь никак не ассоциировать меня с Российским ПЦ. Я в нем больше не состою.

Лев Рубинштейн

Опубликовано на Colta.ru

Уважаемые коллеги.

Я принял решение выйти из состава ПЕНа. Это решение, признаюсь, созрело давно. Но я довольно долго не решался сделать этот шаг.

Членом этой организации я стал давно, с начала 1990-х годов. И это были совсем другие времена, совсем иной общественно-политический климат. И сама организация, и декларируемые ею принципы, и различные ее конкретные шаги были вполне совместимыми с моими базовыми представлениями о, так сказать, добре и зле.

Последней каплей стало известие об исключении из ПЕНа или прочих репрессивных мерах в отношении нескольких моих коллег. Да и не просто коллег, а прямо скажем — друзей. И не просто так, а с совершенно недопустимыми формулировками и оценками их личных качеств.

«Проглотить» это я не могу никак. И выражаю свой решительный протест так, как умею, и так, как считаю необходимым.

Руководство ПЕНа горделиво сообщает, что вопреки «разрушительной работе различных деструктивных сил» удалось якобы «избежать раскола». Нет, не удалось. Совсем не удалось, увы.

ПЕН-центр по определению — писательская организация, то есть состоящая как бы из писателей. А известно, что никто так, как писатель (если он писатель), не бывает столь чувствителен к вопросам языка и стиля, за которыми всегда угадывается подлинная суть, подлинное содержание (или же полная бессодержательность) любого высказывания.

Так что раскол, к сожалению, произошел. И он очевиден. И не столько этот раскол прошел по поверхности идейных или политических убеждений — которые у всех могут быть разными, и это нормально, — сколько обнажил вполне сущностную стилистическую несовместимость. Эти самые «стилистические расхождения», которые однажды, хотя и по несколько другому поводу, были блестяще сформулированы Андреем Синявским, на другом историческом витке и в других социально-культурных обстоятельствах обозначили — по крайней мере, для меня — неуместность и мучительную двусмысленность самой моей принадлежности к организации, руководство которой изъясняется — в том числе и от моего имени — на таком языке.

Раскол произошел. И, к сожалению, он будет углубляться. И будет он углубляться не столько в силу очевидных идейных и нравственных расхождений и принципиального различия взглядов на нынешнее общественное состояние страны и мира, на границы компромисса, на те границы, перейдя которые, правозащитная организация становится откровенно сервильной, на саму роль писателя и художника в обществе. Это само собой, но не это главное. Обо всем этом можно спорить, говорить и договариваться. Но только при условии, что разговор происходит на общем языке. А его нет.

Не имея того темперамента, который необходим для «внутренней борьбы», я не нахожу ничего более уместного, чем просто покинуть эту организацию, просто попрощаться с ней, как бы трудно и мучительно для меня это ни было, какие бы добрые воспоминания ни остались у меня о многих коллегах и сотрудниках.

Прошу руководство организации считать этот текст официальным заявлением о моем выходе из состава Русского ПЕН-центра.

Нина Катерли

ninakaterli

Александр Иличевский
написал на своей странице в фейсбуке

TWIMC. С сегодняшнего дня я не состою в списке членов ПЕНа РФ. Я вступил в него лишь потому, что был приглашен Людмилой Улицкой, и воспринял это приглашение как своего рода обязанность. Однако теперь считаю невозможным состоять в этой организации.

Татьяна Бонч-Осмоловская
написала на своей странице в фейсбуке

Я выхожу из Русского ПЕН Центра, так как эта организация не выполняет главную задачу, записанную в Хартии Международного ПЕН Клуба – быть правозащитной писательской организацией.

Геннадий Калашников

Президенту Русского ПЕН-центра
Е. А. Попову.
Исполкому Русского ПЕН-центра.
От члена Русского ПЕН-центра
Калашникова Г.Н.

ЗАЯВЛЕНИЕ
В связи с несогласием с процедурой проведения и решениями общего собрания ПЕН-центра, с карательными мерами, направленными против наших общих коллег, заявляю о своем выходе из членов этой организации.

12 января 2017 года. Г. Калашников.

Олег Хлебников

Опубликовано на сайте Санкт-Петербурского ПЕН Клуба

Мне глубоко противно то, что происходит в Русском ПЕН-центре. Он из правозащитной организации превратился в клуб писательской псевдоэлиты. Мне кажется, что надо заявить об учреждении альтернативного московского ПЕНа.
Олег Хлебников

Евгений Бунимович о выходе из исполкома Русского ПЕН Центра

Опубликовано в  “Новой газете”

Уважаемые коллеги!

Все годы в ПЕНе я видел смысл своей деятельности в объединении писателей, которые, несмотря на различие мнений, представлений и пристрастий, готовы вместе защищать принципы свободы слова, защищать писателей и поэтов, журналистов и издателей, подвергающимся преследованиям за свои  тексты, слова, мысли. Некоторое время мне казалось, что это возможно и достижимо, однако последние события свидетельствуют об обратном.

Конечно, границы между правозащитной деятельностью и деятельностью непосредственно политической не очевидны, есть много других сложных проблем. Об этом можно и нужно спорить, договариваться, находить общий язык, искать компромисс, в то время как путь публичных взаимных оскорблений, исключений из организации и прочих «простых решений» ведет только к кризису и расколу.

Увы, сегодня по обе стороны ПЕНовских баррикад оказались писатели и поэты, которых уважаю и люблю, с которыми меня связывают давние приятельские, дружеские отношения, и я не хочу делать ненужный, навязанный выбор между Женей, Левой, Игорем, Люсей, Андреем, Гришей, Мариной, Варей, Сашей, Валерой, Костей, другим Сашей, Сережей, Володей, Максимом, Юликом, Ольгой, Олегом, Ирой, Тимуром, Ефимом, Наташей, Славой, Владом.

Останавливая свое участие в работе руководящих органов Русского ПЕН-центра, я, разумеется, как и прежде, буду участвовать в правозащитной деятельности писательского сообщества, выступая за свободу слова, в защиту писателей, которые подвергаются репрессиям за свои взгляды и книги.

Ваш Евгений Бунимович

Евгений Сидоров о выходе из исполкома Русского ПЕН Центра

Опубликовано на сайте Санкт-Петербурского ПЕН Клуба

В ИСПОЛКОМ РУССКОГО ПЕН-ЦЕНТРА
Как первый секретарь Союза писателей Москвы я готов был работать в Исполкоме русского ПЕН-центра, надеясь на тесное и плодотворное сотрудничество нашего Союза с известной правозащитной организацией. К сожалению, последние решения Исполкома, принятые без моего участия, вынуждают меня покинуть этот руководящий орган ПЕН-центра.
Евгений СИДОРОВ

Ольга Седакова вспоминает Никиту Алексеевича Струве, скончавшегося 7 мая

Источник: Pravmir

7 мая 2016 года скончался Никита Алексеевич Струве – один из выдающихся деятелей русского Зарубежья, издатель, славист, исследователь проблем русской эмиграции и культуры России. О покойном вспоминает Ольга Седакова – поэт, филолог, переводчик, прозаик.

kifa_202_07_01-600x400

Дорогой, любимый Никита Алексеевич, не могу о Вас говорить в третьем лице.

Как обычно, хочется обращаться к Вам. Спасибо Вам за всё, что Вы сделали для нас. Из Вашего «Вестника», еще подпольного здесь в советские времена, мы узнавали русское христианство ХХ века. В «Вестнике», в изданиях «Имка-пресс» мы слышали лучшие голоса эпохи (и не одной). По Вашей колонке редактора мы сверялись, как по камертону. Вы без малейшей дидактики строили душу своего читателя: его религиозное, историческое, гражданское самочувствие.

И конечно, который раз благодарю Вас за то, что Вы стали моим первым издателем (книга «Врата, окна, арки» вышла в 1986 году в Имка-пресс). И за то, что пригласили меня участвовать в Вашем труде (введя в редакционный совет «Вестника»). И за то, что Вы сказали прекраснейшее слово при вручении мне Премии Александра Солженицына (между прочим, строя свою речь во втором лице, в отличие от всех других, бестрепетно говоривших «она»).

Но больше всех этих вещей я хочу Вас поблагодарить за то, что жизнь в Вашем присутствии становилась  яснее, веселее, светлее – точнее,  Ваше присутствие в жизни такой ее делало. Каждого из нас, в конце концов, можно оценить очень просто: что сделалось с миром после его жизни, что сделала с миром его жизнь. Ваша жизнь сделала мир милее. И особенно наш советский, а потом и постсоветский мир. Очень печально, невозможно печально прощаться. В пасхальные дни эту печаль окружает свет. Почему-то с редкой уверенностью думаю, что мы не навсегда расстались. И что Ваша душа в том мире, который она любила больше всего, в мире Христовом. Царствие Вам небесное и вечная память, и светлая память на земле.

А в третьем лице напишу отдельно.

Ваша

ОС

 

Бюллетень # 1 (от 15.03.2016)

О ситуации в Русском ПЕН-центре

Спустя две недели после ежегодного Общего собрания Русского ПЕН-центра (прошедшего 29 февраля) и почти неделю после публикации в СМИ заявления «Требуем справедливости для надежды Савченко», подписанного 112 членами Русского ПЕН-центра, мы считаем необходимым оценить ситуацию.

Раскол, поразивший нашу организацию в связи попыткой членов Исполкома исключить из нее восемь наших коллег, обрел новые формы и черты.  Не уверенный в полноте своей власти Исполком переименовал себя в Правление, а в публикуемых на официальном сайте документах все чаще называет себя «руководством». Что вполне соответствует все более жесткой и авторитарной манере, в которой этот орган исполняет свои обязанности. Это и призван засвидетельствовать данный бюллетень.

Лингвистически изменение название понятно: Исполком – это исполнительный комитет, следующий решениям Общего собрания, которое по Уставу является высшим органом власти в Русском ПЕН-центре. А Правление – самостоятельный орган управления. Однако наличие такого органа не предусмотрено Уставом Русского ПЕН-центра, не обсуждалось и не было утверждено на Общем собрании.

  1. На Общем собрании, прошедшем 29 февраля 2016 г., руководство Исполкома, президиум собрания и – под его давлением – счетная комиссия отказались зарегистрировать 50 доверенностей, полученных членами ПЕНа от своих коллег, не имевших возможности присутствовать на собрании.

Голосование по доверенности – общепринятая форма участия в общих собраниях для члена любой общественной организации, товарищества, акционерного общества и т.п., предусмотренная ст. 185.1 Гражданского кодекса РФ, ст. 57 Федерального закона от 26.12.1995 г. и др. Устав Русского ПЕН-центра никакого запрета на голосование по доверенностям в ходе ежегодного общего собрания не содержит, а это означает, что возможность голосования по доверенности регулируется Гражданским кодексом РФ и, следовательно, ее запрет неправомерен.

В результате этого противоправного запрета от голосования по основному вопросу собрания (оценка деятельности Исполкома, Дирекции, Ревизионной комиссии) были отстранены приславшие доверенности, но не проголосовавшие заочно: Борис Акунин, Ирина Балахонова, Владимир Войнович, Кристина Горелик, Сергей Завьялов, а также члены Петербургского ПЕН-клуба Евгений Анисимов, Анатолий Бергер, Борис Каганович, Александр Лавров, Мариетта Турьян.

Неучастие в голосовании по другим вопросам (которые не были предложены заранее для электронного или телефонного голосования) пятидесяти членов ПЕНа не позволило принять положительное решение по такому значимому вопросу, как обращение к бывшим членам ПЕН-центра. Речь идет о людях, покинувших организацию в 2015 году из-за несогласия с позицией Исполкома по принципиальным для правозащитной организации вопросам. Было внесено предложение просить их вернуться в ПЕН. Сорок доверенностей, имевшихся у сторонников этой инициативы, могли качественно изменить ход голосования и позволили бы принять ее на собрании. Это могло стать важным шагом на пути примирения сторон *.

«Мы считаем все происшедшее грубейшим нарушением российского законодательства, – написали в своем письме к членам Петербургского ПЕН-клуба его директор Елена Чижова и председатель исполкома Константин Азадовский. – Собрание, проведенное таким образом, не может, по нашему убеждению, считаться правомочным».

  1. Наум Ним и Сергей Каледин подготовили к Общему собранию предложения по разъяснению некоторых пунктов Устава. Эти предложения должны были изменить процесс формирования исполнительных органов ПЕН-Центра таким образом, чтобы исключить попытки авторитарного управления общественной организацией. Прежде всего, они позволяли ввести эффективно действующие механизмы контроля Президента ПЕН-Центра и Исполкома ПЕН-Центра со стороны Общего собрания. Кроме того, они отменяли процедуру «герметичного» формирования исполнительных органов, когда Президентом может быть избран только кандидат, предложенный Исполкомом, а сам исполком, в свою очередь, формируется Президентом.

Принятие этих предложений, безусловно, способствовало бы  выходу из сложившегося кризиса. Однако заранее подготовленный и присланный в Исполком Наумом Нимом и Сергеем Калединым документ на сайте Русского ПЕНа опубликован не был. Он также не был внесен в повестку дня Общего собрания. А после него не был разослан членам ПЕН-Центра для обсуждения.

  1. По-прежнему является закрытой информация о финансовой деятельности Русского ПЕН-центра. Единственный документ, доступный для изучения – заключение внешней аудиторской комиссии. Однако даже членам Ревизионной комиссии ПЕН-центра недоступна детальная информация о динамике средств и проектах Русского ПЕН-центра. Такая ситуация представляется недопустимой с точки зрения общественного надзора в общественной организации, более того, эта ситуация потенциально чревата противоправными, юридически наказуемыми действиями.

Работа Ревизионной комиссии как надзорного органа превращена в чисто формальную.

  1. Члены Русского ПЕН-центра не были поставлены в известность ни о соискании, ни о получении президентского гранта на издание  двухтомника “Обжигающий пламень Победы”. Информацию о гранте можно найти лишь на не связанных с Русским ПЕН-центром информационных ресурсах, сообщающих об итогах очередного конкурса среди российских некоммерческих организаций на получение президентских грантов. Там же можно прочесть и о том, что в первый том двухтомника  «войдут статьи писателей-ветеранов, воспоминания “детей войны” и другие материалы. Во втором томе будут  статьи, посвящённые воссоединению Крыма с Россией, положению беженцев, событиям в Донбассе». Вопрос о том, что участие в этом проекте – деятельность в чистом виде политическая и противоречит статусу Русского ПЕН-центра  как правозащитной организации, члены которой, в соответствии с Хартией Международного ПЕН-клуба, обязуются «использовать все свое влияние для достижения взаимопонимания и уважения между народами», был поднят на Общем собрании, но в протокол внесен не был.
  2. Требует прояснения изменившаяся политика приема  в Русский ПЕН-центр. Нашу особую тревогу вызывает пополнение правозащитной писательской организации  блогером и колумнистом Ольгой Туханиной, чьи публикации входят в непримиримое противоречие с ценностями Международного ПЕН-клуба.   Назовем самые одиозные из  них:  «Надежды маленький оркестрик» (Федеральное агентство новостей, 9 марта 2016), «Почему свобода слова становится свободой оскорблений» (Комсомольская правда, 7 ноября 2015), «USA killed Nemtsov» (Россия навсегда, 28 февраля 2015), «России надоело» (Россия навсегда, 13 марта 2015), «Крестная страна» (Комсомольская правда, 29 октября 2015).
  1. Официальный сайт Русского ПЕН-центра стремительно маргинализируется, превращаясь в площадку для деклараций, не совместимых с ценностями правозащитной организации, Хартией Международного ПЕНа и просто с этическими нормами. Оскорбления коллег, клевета, травля и публикация заведомо ложной информации в этом пространстве становятся обыденностью.

Однако – а возможно именно поэтому – на сайте не нашлось места для имен 112 членов Русского ПЕН-центра, поставивших свои подписи под заявлением «Требуем справедливости для Надежды Савченко». В том числе, для Владимира Войновича, Вероники Долиной, Александра Гельмана, Дениса Драгунского, Юлия Кима, Григория Кружкова, Александра Кушнера, Андрея Макаревича, Сергея Пархоменко, Ирины Прохоровой, Льва Рубинштейна, Ольги Седаковой, Владимира Сорокина, Эдуарда Успенского, Григория Чхартишвили, Виктора Шендеровича, Ирины Ясиной. Они и многие другие не менее знаковые для российской литературы фигуры оказались лишены права голоса администрацией сайта. В результате было создано впечатление о малозначимости чрезвычайно важного требования, прозвучавшего в этом принципиальном для нас документе: «признания несостоятельными итогов следствия, проведенного в отношении украинской военнослужащей Надежды Савченко, и суда, в результате которого прокуратура РФ потребовала для нее жестокого, несправедливого и неправосудного наказания».

В то же время голоса тех, кто пытается  внести сумятицу в умы наших сограждан, стали на сайте слышней: 10 марта на нем появился пост поэта Станислава Минакова. Центральное место в его записи занимает ложный донос священника-ополченца Владимира Марецкого: «…Надежда Савченко… предлагала всю нашу группу сдать на органы, чтобы заработать денег, лично она предлагала расстрелять нас, когда они не согласились сдавать нас на органы». Этими «показаниями» пренебрег даже российский суд, так и не вызвавший Владимира Марецкого в качестве свидетеля.  Однако сайт Русского ПЕН-центра, правозащитной организации, эту клевету публикует, как и утверждение другого поэта, Юнны Мориц: «…Убитые по её наводке российские журналисты», опровергнутое всем ходом судебного разбирательства.

Авторская радиопередача «От двух до пяти» Евгения Сатановского (эфир 1 марта радио «Вести-ФМ»), также опубликованная на официальном сайте, знакомит слушателей с тридцатиминутным пропагандистским фейком уже на другую тему. Суть этого сюжета сводится к следующему: Сергей Пархоменко, нанятый Ходорковским для уничтожения ПЕНа, на общем собрании 29 февраля действовал как «бандитствующий рейдер, потеряв абсолютно последнюю совесть <…> Потому что ты смотришь, как это происходит, такое рейдерство – ну действительно, только автоматчиков не привели». В данном выступлении происходит очевидная манипуляция общественным мнением с целью создания у людей, не обладающих информацией о событиях в Русском ПЕН-центре, ложного впечатления. Евгений Сатановский подменяет фактическую информацию о событиях личностными оценками, не имеющими к действительности никакого отношения. Публикация этой передачи на сайте Русского ПЕН-центра означает участие администрации сайта в фальсификации.

Надо ли напоминать, что и это – прямое нарушения Хартии Международного ПЕН-клуба: «Члены ПЕНа обязуются бороться с такими пагубными проявлениями свободной прессы, как лживые публикации, преднамеренная фальсификация и искажение фактов в политических и личных целях»?

  1. В течение нескольких месяцев остается не представленным на официальном сайте мнение членов Петербургского ПЕН-клуба. Их требование опубликовать протокол собрания, прошедшего в Петербурге 12 февраля, осталось без ответа. Отказ на Общем собрании Русского ПЕН-центра учитывать голосование по доверенностям наиболее болезненно ударил по этому, самому представительному отделению Русского ПЕН-центра, членами которого являются 54 литератора. А замалчивание в протоколе Общего собрания (от 29 февраля) письма Петербургского ПЕН-клуба, направленного в президиум собрания и на этом собрании зачитанного, является откровенным нарушением закрепленных в Уставе Русского ПЕН-Центра прав каждого его члена. В частности, права:

–    свободно выражать свое мнение, обсуждать любые вопросы деятельности ПЕН-центра и принимать участие в выработке решений руководящих органов ПЕН-центра;

–    обращаться с заявлениями и предложениями во все органы ПЕН-центра;

–    получать полную информацию о деятельности ПЕН-центра;

–    принимать участие во всех мероприятиях, проводимых  ПЕН-центром

(ст. 4.9 Устава ПЕН-Центра)

  1. Официально провозглашенный Исполкомом запрет подписывать публичные заявления, указывая при этом свой статус члена ПЕН-центра, свидетельствует о подавлении любого мнения, расходящегося с точкой зрения Исполкома.
  1. Неудивительно, что итогом всего сказанного стало появление двух новых сайтов: Петербургского ПЕН-клуба и сайта «Частное мнение. Русский ПЕН-центр», а также одноименной страницы в Фейсбуке, ставших площадками для тех членов ПЕНа, чьи голоса и позиции цензурировались администрацией официального сайта.

___________________________

* Если бы к голосам 34 участников собрания, проголосовавшим за «Призыв к вышедшим из ПЕН-центра за последний год вернуться» (см. протокол Общего собрания)  мы бы имели возможность прибавить 40 голосов членов ПЕНа, доверивших нам свои голоса, а к сорока шести, проголосовавшим против, добавились бы голоса еще десяти человек, доверивших свои голоса нашим оппонентам, итог голосования был бы иным: 74 голосов за и 56 против.

Ссылки:

1.Обращение к Общему собранию Ольги Седаковой, на собрании не зачитанное и на сайте ПЕН-центра не опубликованное.

2. Обращение Наума Нима и Сергея Каледина к членам Русского ПЕН-центра, руководству Русского ПЕН-центра, Общему собранию, на собрании не зачитанное и на сайте ПЕН-центра не опубликованное.

Реплика Ольги Седаковой на собрании Русского ПЕН-центра 29.02.2016

O_Sedakova

Я думаю, все недоразумения внутри нашего сообщества происходят из разного представления о том, что такое ПЕН по своему назначению.
Когда русское отделение ПЕНа создавалось в Москве, никакого представления о том, что такое профессиональное правозащитное объединение литераторов, у нас не было. Представлялась некая альтернатива Союзу Писателей – тоже своего рода Союз Писателей, но талантливых, современно мыслящих и т.п. Так сказать, «западного типа». Но на «Западе» ничего похожего на здешний Союз Писателей нет и быть не может: это структура типично сталинского образца, соединяющая намертво писателей с государством и его идеологий. Литераторы мыслятся в нем как своего рода творческие чиновники, служащие «делу партии» (см. Устав СП) и получающие за это определенные материальные блага. Члены СП составляли часть советской номенклатуры. Долгий опыт именно такого «объединения» (а на самом деле, комбината, завода литературы) и был известен нашим литераторам, в том числе, и изгоям из официальных структур.
Но международный ПЕН ничего общего с таким типом организации не имеет. Он не предполагает для своих членов ни материальных благ, ни соответствующих обязанностей писателя перед своим государством. Он защищает свободу слова и его носителей, когда они испытывают гонения – обычно, как раз со стороны государственных структур.
Талант писателя (журналиста и т.п.), его известность, признанность в этом случае не имеют первого значения. Они только поддерживают весомость его слова в этой общественной «адвокатуре». Разговоры о том, сколько «классиков» было в русском ПЕНе и вообще в истории ПЕНа показывают, что участники дискуссии не понимают, о чем идет речь. Покойный А.Ткаченко не был выдающимся писателем, но он самым прямым образом выполнял задачу защитника свободы слова. С другой стороны, значительный писатель совершенно не обязан быть защитником собратьев по перу (часто вовсе не особенно даровитых, но просто попавших в ситуацию несправедливого гонения). У него могут быть другие заботы. В таком случае он просто и не будет вступать в ПЕН.
Я думаю, что компромисса между теми, кто не хочет быть членом собственно правозащитной организации (с вытекающими из этого неприятными последствиями в условиях запрета свободы слова) и людьми других интенций быть не может. Сообщество, которое объединяет и тех, и других, может быть профессиональным союзом, но никак не ПЕНом в его историческом смысле.

Ольга Седакова

Письмо, отправленное персонально каждому члену исполкома Русского ПЕН-центра

Мы, члены Русского ПЕН-центра, обращаемся к Вам как к члену исполкома Русского ПЕН-центра, чтобы осветить ситуацию, которая возникла в нашей организации, возможно, без Вашего участия.

Уже третий месяц на сайте Русского ПЕН-центра появляются коллективно-анонимные заявления, написанные в развязном стиле и неприемлемые по содержанию.
Можно ли иначе как оскорбительным, назвать новогоднее обращение исполкома: http://www.penrussia.org/new/2015/6267

Или поразительное по содержанию и форме “Обращение к согражданам”, уместное на персональной странице его автора в Фейсбуке, но бросающее тень альтернативной одаренности на весь Русский ПЕН-центр (от имени которого заявление было опубликовано)
http://www.penrussia.org/new/2016/6401

Не исключаем, что тот же автор, на этот раз выступивший под псевдонимом Анкудин Гомозов, куражился и над нашим коллегой Игорем Иртеньевым, решившим покинуть ПЕН-центр из-за сложившийся в нем атмосферы охоты на инакомыслящих:
http://www.penrussia.org/new/2015/6102

Наконец, в опубликованном 17 февраля заявлении “Подпольный обком” действует”: http://www.penrussia.org/new/2016/6508, избранный исполкомом стиль общения со своими коллегами пересек уже все границы разумного. Восемьдесят человек, членов ПЕНа, объявляются в нем “провокаторами и раскольниками” на том основании, что они открыто высказывают свое мнение по вопросам работы русского ПЕН-центра и проблемам правозащитного характера. Требование вынесения вопроса о доверии руководству ПЕНа и голосования за обновленный состав исполкома объявляются уничтожением организации. Мысль о переизбрании президента ПЕНа, уважаемого всеми нами крупного писателя и восьмидесятилетнего человека, объявляется едва ли не кощунственной.
В этом заявлении факты переворачиваются с ног на голову и выворачиваются наизнанку.

И потому мы вынуждены еще раз подчеркнуть: ситуация с попыткой изгнать из ПЕНа наших восьмерых товарищей – постыдна, и только усилиями известных литераторов, приславших письма в их поддержку, а также выступивших с открытым письмом по следам работы так называемой конфликтно-согласительной комиссии, удалось избежать большого позора и скандала.

Не менее волюнтаристским мы считаем отказ от публикации на сайте резолюции Общего собрания Петербургского ПЕН-центра, а получаемые в связи с этим Еленой Чижовой, директором Петербургского ПЕН-клуба, письма из исполкома – оскорбительными. Скорее всего и для Вас они станут сюрпризом, потому приведем переписку целиком:

Е. Турчанинова – Елене Чижовой в ответ на присланную резолюцию Общего собрания (от 14.02):
Дорогая Лена,
посылаю официальный ответ.
Ваша Катя

“Ваше письмо и предложение будут переданы Исполкому. Для того, чтобы убедиться в достоверности письма и подробно изучить суть его предложений, просим предоставить подробный ОФИЦИАЛЬНЫЙ протокол этого собрания с поименными результатами голосования”.

15.02 Е.Турчанинова в ответ на вопрос: “Кто автор письма?”:
Дорогая Лена, мои функции сейчас сводятся к роли почтальона. Предыдущий ответ я поторопилась назвать официальным. Вот разъяснение.
Ваша,
Катя

“Это неофициальный ответ, не имеющий авторства. Официальный ответ будет от исполкома после предоставления подробного протокола “питерского” собрания. Напоминаем, что мы ждем его”.

Следствием анонимности для авторов всех этих писем и заявлений стало чувство вседозволенности. А их полнящиеся безвкусными пассажами и ерничаньем документы, публикуемые на официальном сайте, стали позором для Русского ПЕНа.

Однако конфликт в ПЕНе глубже и острее наших стилистических разногласий. Беда случилась раньше, когда исполком отвернулся от обновления и активной правозащитной деятельности, подлинного предназначения ПЕНа.

Чтобы ознакомиться с историей конфликта, прочтите, пожалуйста, письмо, которое подписали 80 членов нашей организации:http://www.penrussia.org/new/2016/6469

Названные в приложении, но отсутствующие на сайте Русского ПЕН-центра документы можно найти здесь:https://russianpenmembers.wordpress.com/about/

Письмо в исполком от Петербургского ПЕН-клуба:https://russianpenmembers.wordpress.com/…/письмо-отправлен…/

Краткая справка о 45 наших коллегах, принятых в Русский ПЕН-центр на трех заседаниях
Исполкома (17.12.2013, 6.03.2014 и 6.05.2014):https://russianpenmembers.wordpress.com/…/…/comment-page-1/…

Обращение к Общему собранию ПЕНа от зарубежных членов ПЕН-центра: https://russianpenmembers.wordpress.com/…/…/comment-page-1/…

На этом же сайте выложена резолюция, единогласно принятая 12 февраля на Общем собрании Санкт-Петербургского ПЕН-клуба:https://russianpenmembers.wordpress.com/2016/02/15/ резолюция-общего-собрания-санкт-пете/

У нас не осталось сомнений в том, что часть исполкома узурпировала полноту власти и действует от имени всего исполкома и всего ПЕН-центра. Мы обращаемся к Вам с требованием прояснить Вашу позицию. Знаете ли Вы, что от вашего имени как от члена исполкома Русского ПЕН-центра на официальном сайте ПЕНа публикуются приведенные выше документы? Поддерживаете ли Вы эти заявления, приписываемые исполкому Русского ПЕНа и Русскому ПЕН-центру в целом? Поддерживаете ли Вы демократические и законные требования, которые выдвигаются объявленными исполкомом раскольниками членами ПЕН-центра? Мы всякий раз подписываем наши заявления и выступаем открыто, как мы подписываем и это письмо.

С уважением,
Татьяна Бонч-Осмоловская
Ольга Варшавер
Татьяна Вольтская
Варвара Горностаева
Виталий Диксон
Виктор Есипов
Николай Кононов
Алексей Моторов
Антон Нечаев
Сергей Пархоменко
Ольга Седакова
Наталия Соколовская
Владимир Сотников
Татьяна Сотникова (Анна Берсенева)
Андрей Чернов
Елена Чижова